Польша была главным направлением украинской трудовой миграции задолго до 2022 года. Украинцы являлись крупнейшей группой мигрантов в стране еще с 2000-х. Это значит, что беженцы 2022-2024 годов приехали не в пустоту: здесь уже существовала украинская община, церкви, магазины, чаты, группы поддержки. Языковая близость (польский и украинский относятся к славянской группе) позволяет общаться на базовом уровне с первых дней.
Временная защита продлена до марта 2026 года. Польское законодательство позволяет украинским специалистам оказывать психологические услуги без формального признания дипломов до этой даты. Это означает: вы можете найти украиноязычного психолога прямо в Польше. Но на практике таких специалистов ограниченное количество, и очереди длинные.
Исследование Длугоша (2023, N=737) среди украинских беженцев в Польше зафиксировало тревожные показатели: 73% имели признаки психологического дистресса по RHS-15. Депрессия, тревога и ПТСР выявлялись значительно чаще среди женщин и тех, кто не говорит по-польски. Более молодые респонденты имели более высокий уровень психологического дистресса.
Масштабное кросс-национальное исследование (Frontiers in Public Health, январь 2026; N=1 631 украинец в 7 странах Европы и Украине) показало: самый низкий уровень дистресса среди беженцев зафиксирован на Кипре и в Польше, тогда как самый высокий в Словении, Испании и Германии. Резилиентность была наивысшей в Польше и Германии. Исследователи связывают это с институциональной поддержкой, развитой диаспорой и языковой близостью.
ЮНИСЕФ (2023) провел опрос среди украинских матерей в Польше: более 60% испытывали высокий или тяжелый уровень дистресса. 53% уже обращались или рассматривали возможность обращения к психологу. Основные стрессоры: неопределенность будущего, тревога за родных в Украине, финансовые трудности, языковой барьер, жилье.
Отношение поляков к украинским беженцам прошло через несколько фаз. Первые месяцы 2022-го были отмечены беспрецедентной волной солидарности: поляки открывали двери своих домов, организовывали волонтерские центры, собирали помощь. Со временем энтузиазм уменьшился, что естественно для любого затяжного кризиса.
Опрос More in Common/Ipsos (август 2025, N=1 200): 51% поляков считают, что государство должно играть активную роль в интеграции беженцев и мигрантов. 52% имеют друзей среди мигрантов. CBOS (2025) фиксирует: 46% поляков считают, что государственная помощь украинцам «не является чрезмерной». При этом треть беженцев в некоторых регионах сталкивалась с враждебным поведением со стороны местного населения.
Важно понимать: отношение принимающего общества напрямую влияет на ментальное здоровье беженцев. Исследование (Frontiers, 2026) подтвердило: пост-миграционные факторы (доступ к услугам, стабильность приема, интеграционная поддержка) влияют на психологическую адаптацию сильнее, чем травматический опыт сам по себе. Поэтому даже в «дружественной» Польше потребность в психологической поддержке остается острой.
Переезд в другую страну, даже дружественную, запускает каскад стрессовых реакций. Исследователи выделяют специфические стрессоры релокации:
Исследование Ковача и соавторов (PMC, 2023) среди украинских беженцев в Польше и Венгрии выявило интересный парадокс: ПТСР-симптомы положительно коррелировали с интегративными установками. То есть те, кто больше пострадал, сильнее стремились интегрироваться. Исследователи объясняют это через концепцию посттравматического роста: травма может стимулировать адаптацию, если есть достаточная социальная поддержка.
Об авторе
Божена Иващишин — психолог-консультант, работающий в подходе когнитивно-поведенческой терапии (КПТ). Помогает справиться с тревогой, кризисными состояниями, трудностями самооценки, отношений и адаптации к жизненным изменениям, создавая безопасное пространство для поддержки и личностного роста.
Источники
1. Frontiers in Public Health (2026). Cross-national study: 1,631 Ukrainians in 7 countries.
2. Длугош П (2023). War trauma and coping. N=737, 73% distress. J Migration and Health.
3. Frontiers in Public Health (2026). Mental health of Ukrainian refugees in Poland. N=290.
4. UNICEF (2023). 60%+ Ukrainian mothers in Poland: high/severe distress.
5. Kovacs et al. (2023). Integrative attitudes, PTSD. Poland & Hungary. PMC.
6. Artzi-Medvedik et al. (2025). Self-stigma among Ukrainian women refugees. Wiley.
7. EU (2026). Temporary protection extended to March 2026.
8. More in Common Poland/Ipsos (2025). 51% Poles support active integration.
Выбери удобное время, и пройди 30-ти минутную диагностическую сессию с специалистом HoldYou.
Тебе помогут лучше понять и сформулировать симптомы и цели, подскажут какое направление психологии подойдет лучше всего и посоветуют конкретных психологов HoldYou.
